Агентство инвестиционного развития
Ростовской области

Выступление Генерального директора АИР Ростовской области В.И. Викулова на форуме журнала "Эксперт"

Выступление Генерального директора Агентства инвестиционного развития Ростовской области В.И. Викулова
на III Межрегиональном форуме крупнейших компаний юга России «Каким должно быть послекризисное партнерство  власти и бизнеса», 11 ноября 2009 года, Ростов-на-Дону

Уважаемые дамы, господа!

Чтобы как-то поднять градус нашей сегодняшней дискуссии, сразу начну спорить.
Первое, я не думаю, что модель партнёрства власти и бизнеса должна меняться в зависимости от того, в какой точке экономического цикла мы находимся. Поэтому сегодня продуктивнее обсуждать не «послекризисную» модель, а модель «эффективную». И в период рецессии, и в период бурного роста главная  задача такого партнёрства - повышение конкурентоспособности отечественной экономики. Благодаря этому партнёрству мы просто должны быть лучше рынка. Рынок падает на 10%, а мы только на 5. Рынок растёт на 10%, а мы растём на 20.

При вполне понятном желании актуализировать сегодняшнюю дискуссию, мы, тем не менее, как мне кажется, с одинаковым успехом можем заменить термин «послекризисная» на, допустим, термин «зимняя». И то, и другое -устремлено в будущее. И то, и другое, - уже на носу, то есть актуально. Правда, если скорое наступление морозов в России – обязательно случится, то осторожная надежда, что кризис заканчивается, в итоге может и не сбыться. Такая вероятность по-прежнему сохраняется. Вдруг рецессия затянется ещё лет на пять-семь. И что тогда? Всё, что мы сегодня с вами здесь обсудим, напредлагаем, надо будет  отложить на 5-7 лет? Пока кризис не закончится?
Ведь нет же!
Поэтому, обсуждая будущую модель партнёрства власти и бизнеса, реформу этой модели, любые её улучшения, предпочтительнее оперировать не «упаковочными» терминами, хотя они и позволяют привлечь к дискуссии внимание. А сущностными.

Например, мне кажется, в обновляемый формат партнёрства власти и бизнеса было бы очень полезно ввести термин экологичности. Наверное, это - наиболее точный образ того, какой формат партнёрства власти и бизнеса мог бы сегодня и завтра оказаться наиболее эффективным, полезным для движения страны, регионов вперёд, их модернизации.
Ведь в чем смысл борьбы за экологию? Чаще всего он заключается в том, чтобы добиться от человечества как можно меньшего вмешательства в природу. Чем меньше человечество будет вмешиваться в природу, тем меньший ущерб оно ей нанесёт. То есть фактически это борьба за ничегонеделанье, по крайней мере, в текущий исторический момент. Возможно, когда-то человечество овладеет такими технологиями восстановления и улучшения природной среды, что от искусственного вмешательства в климат, биосферу, экология будет только выигрывать. Но сейчас-то это абсолютно не так. Вот экологи по всему миру и борются фактически за снижение антропогенной активности, требуя «остановить», «прекратить», «сократить» и так далее.

Ровно такая же борьба за экологию требуется сегодня и в отношении партнёрства власти и бизнеса.
Посмотрите, как сегодня в рамках этого партнёрства создаются всевозможные межведомственные комиссии и советы по борьбе с административными барьерами, мешающими развитию предприятий, предпринимательства. То есть сначала создаются барьеры, потом преодолеваются – вот и развивается партнёрство. Но ведь это движение по кругу с большим объемом бесполезного отвлечения сил.
В то же время часто, как показывает практика, самое полезное, что может сделать власть для бизнеса – не мешать. Совершать поменьше лишних движений и действий. Об этом нередко говорят российские предприниматели, руководители страны, регионов, муниципалитетов. То есть на уровне идеологии здесь есть полное совпадение взглядов у обоих партнёров – и власти, и бизнеса, причем довольно давно. Но практические действия зачастую совершаются в прямо противоположную сторону.

Конечно, реформы, понятие, по-видимому, - бесконечное. Но мне очень понравился тезис бывшего министра сельского хозяйства Германии, который, выступая на главном аграрном форуме Европы, как-то сказал по поводу бесконечных реформ:
– Дайте шанс дойти борозду до конца.
Недоведенные до конца реформы,  калейдоскоп реформаторских идей, сменяющих и отменяющих друг друга – всё это не позволяет засеять поле до конца и получить полноценный урожай.

Сегодня партнёрству власти и бизнеса не хватает последовательности, основательности и продуманности принимаемых решений. Пусть количество таких решений уменьшится в 10 раз, но зато значительную их часть не придется через короткое время отменять, собирая очередные межведомственные комиссии  по борьбе с административными барьерами и улучшению предпринимательского, инвестиционного климата.

Несколько лет назад в развитие партнёрства власти и бизнеса федерация придумала инструмент особых экономических зон производственно-промышленного типа. Попросту говоря, промзон, где государство на 100% финансирует подведение всех инженерных коммуникаций, и частному инвестору остаётся потратиться только на строительство нового завода или фабрики. Плюс федерация дала законодательно таким инвесторам ещё и налоговые, таможенные льготы. Замечательный инструмент для скорейшего запуска новых современных производств, реализации стратегических задач России – по модернизации и диверсификации экономики. Лучшего, думаю, придумать невозможно, по крайней мере, нам о таких идеях - неизвестно.

Для первых пилотных проектов федерация провела конкурс, отобрав территории под особые экономические зоны в двух регионах – Липецкой области и Татарстане. Ростовская область, надо сказать, тоже в этом конкурсе участвовала. Но не победила, поскольку федерация, по-видимому, очень дорожила этим экспериментом, и чтобы он наверняка оказался удачным, выбрали те территории, где уже и без особых зон были достигнуты договоренности с крупными инвесторами о старте проектов. То есть даже если бы зоны там не возникли, то заводы всё равно построили. 

У Ростовской области была немного другая идеология: создавать такие зоны не там, куда и так идут инвесторы, а там, где наибольшая напряженность на рынке труда и низкая инвестиционная привлекательность. На тот момент это был Восточный Донбасс, шахтёрские территории – Красносулинский район.
В итоге Красносулинский район Ростовской области проиграл Липецку и Елабуге.
Правда, на федеральном уровне заявлялось, что за первым этапом конкурса последует, как минимум, второй. Но он так и не случился. По сути, инструмент особых экономических зон остался экспериментом, новых конкурсов федерация проводить не стала. Безо всяких официальных объявлений эту форму партнёрства бизнеса и власти де-факто свернули.
Но идея более чем продуктивная. Та же Ростовская область стала создавать локальные промзоны, назвав их индустриальными парками. В них область только софинансирует подведение некоторых видов коммуникаций, не предоставляя никаких налоговых, а тем более таможенных льгот. Но даже с такой минимальной поддержкой в донских индустриальных парках за последние 3 года стартовало полтора десятка проектов на общую сумму свыше 2 млрд долларов.

На самом деле, с точки зрения эффективности, Федерация могла бы максимально упростить механизм особых экономических зон. Не проводить никаких конкурсов, исключить таможенные, налоговые льготы, а лишь гарантировать всем российским регионам софинансирование коммуникаций 50 на 50 для локальных индустриальных парков. Чтобы сделать регионы более ответственными в своих амбициях, эту пропорцию можно было бы изменить в пользу Федерации, сократив её долю до 40 – 20%. Но этого не произошло.
Регионы сегодня самостоятельно создают локальные индустриальные парки, самостоятельно тратятся на софинансирование коммуникаций, хотя налоговые дивиденды от этой работы получает в том числе (или даже прежде всего) Федерация. При этом цели достигаются те же самые, которые провозгласила Федерация, создавая особые экономические зоны. Причем достигаются с большей бюджетной эффективностью.

Федеральной идее особых экономических зон не хватило как раз экологичности, простоты. Надо было сделать меньше действий, потратить меньше или столько же денег, а эффект мог быть гораздо больший. В конструкции простого софинансирования вместе с регионом инженерных коммуникаций в локальных индустриальных парках не пришлось бы создавать Федеральное агентство по управлению особыми экономическими зонами, готовить дорогостоящие пакеты документов для участия в конкурсах, создавать сложные бюрократические процедуры по отбору регионов для особых экономических зон, а потом и резидентов для размещения в этих зонах. Нет в России сегодня больших очередей из желающих строить новые заводы и фабрики. В Ростовской области всем желающим находится место в индустриальных парках. Зачем для этого проводить конкурсы? С кем и за что конкурировать? Будет больше желающих – будет больше участков в существующих парках или появятся новые парки.

Сегодня на всех уровнях государства появилось понимание того, каким серьезным тормозом в развитии и модернизации  экономики страны  являются инфраструктурные ограничения. И для их преодоления государство развило бурную деятельность – работают комитеты, комиссии, проводятся заседания, совещания. Государство изыскивает средства на то, чтобы софинансировать подведение коммуникаций, максимально удешевить их для инвесторов. При этом сами инвесторы платят естественным монополиям плату за технологическое присоединение, которая включает в себя не только стоимость строительства собственно коммуникаций, но и налог на прибыль. Мало того, что монополиям заводчики фактически дарят имущество, повышая капитализацию энергетиков, газовиков, так ещё за них и оплачивают все налоги с подарка. По тому же налогу на прибыль амортизационная премия сегодня не может превышать 30% от стоимости построенных коммуникаций. В свою очередь государство, получив эти деньги, долго придумывает, как их потратить на удешевление стоимости коммуникаций для инвесторов, строящих новые заводы и фабрики. Совершается много ненужных и неэффективных действий с целью ослабить инфраструктурные ограничения. Почему бы не выбрать для этого более короткий путь? Почему бы не ввести для инженерных коммуникаций 100% амортизационную премию, уменьшив тем самым размер платы за подключения на сумму «сидящих» в ней налогов? Заодно удалось бы разгрузить массу руководителей от бесчисленных совещаний, сэкономить всем время.

Много мероприятий, шагов, мер по развитию, углублению партнёрства бизнеса и власти – это не то, чтобы не всегда хорошо, это зачастую – плохо. Регионы в борьбе за инвестиции сегодня часто соревнуются в количестве инструментов поддержки бизнеса, форм частно-государственного партнёрства. Как следствие, бюджетные возможности размазываются таким тонким-тонким слоем, что уже не чувствуется вкуса. От того, что миллиону представителей малого бизнеса сегодня раздадут по 100 рублей субсидий – никакого заметного эффекта, прорыва - не случится. А если эти же 100 миллионов рублей потратить на снятие инфраструктурных ограничений для старта нескольких крупных индустриальных проектов, то эффект окажется чувствительным и для бюджета, и для того же малого бизнеса, который бурно развивается как раз вокруг локомотивов экономики.

Модель складывающегося партнёрства бизнеса и власти полезно совершенствовать именно в сторону экологичности, сокращения количества неэффективных взаимодействий. А тем более имитации действий по развитию этого самого партнёрства. Не надо бесконечно ломать головы над тем, как нарастить масштабы и формы этого партнерства. Важнее уменьшить количество вредных выбросов от такого партнерства, какими являются коррупция, неэффективные бюджетные траты, потери временных ресурсов с обеих сторон, ложные ориентиры и надежды.

Большое количество видов налогов, отчетностей – это только на определенном историческом этапе - признак высокого уровня развития. Следующая ступенька эволюции вполне может заключаться в стремлении к естественности, простоте. К примеру, все сегодня видят на глобальном продовольственном рынке долгосрочный устойчивый тренд - резкий рост ценности экологически чистых продуктов, произведенных в максимально естественных условиях. И хотя когда-то все продукты, потребляемые первыми людьми, были экологически чистыми, возрастающая мода на такого рода товар сегодня - это не шаг на тысячелетия назад. Это шаг – вперёд.

Спасибо за внимание.